А. А. Бестужев-Марлинский (Поэты-декабристы: Стихотворения)
Александр Александрович Бестужев (псевдоним — Марлинский) оставил в истории русской литературы заметный след и как критик-публицист, и как поэт, и как прозаик и, наконец, как издатель (совместно с Рылеевым) знаменитых альманахов «Полярная звезда».
Александр Бестужев родился в 1797 г. Литературную работу он начал переводами в 1818 г. Вскоре он завязал тесные связи с петербургскими передовыми политическими и литературными деятелями. Он получил известность как смелый и независимый писатель, в прозаических, стихотворных, критических произведениях выступавший против всяких проявлений косности и реакции. Среди стихов этих лет выделяется его обличительное стихотворение «Подражание первой сатире Буало», запрещенное цензурой. В 1821 г. Бестужев напечатал свое первое большое произведение — повесть «Поездка в Ревель».
В 1822 г. он познакомился с Рылеевым и вскоре вступил в тайное Северное общество.
В альманахах «Полярная звезда» Бестужев, кроме повестей, печатал замечательные для своего времени критические статьи, которые заключали в себе обзоры развития русской литературы и в эзоповской форме выдвигали задачу подчинения литературы требованиям освободительной борьбы. Вместе с Ф. Н. Глинкой и К. Ф. Рылеевым Бестужев был одним из руководителей Вольного общества любителей российской словесности и содействовал превращению этой организации в легальный орган декабристского влияния на литературу.
В тайном обществе Бестужев, так же как и Рылеев, пришел к республиканской программе. Вместе с ним он написал агитационные песни.
После 14 декабря Бестужев был приговорен к 20 годам каторжных работ, замененным ссылкою в Сибирь. В 1829 году он был отправлен рядовым солдатом в действующую армию на Кавказ.
В якутской ссылке, а затем на Кавказе Бестужев продолжал писать. Его стихи, в большинстве своем, автобиографичны: это стихи о судьбе декабриста. В 1828 году без имени автора было напечатано отдельное издание первой главы его стихотворной повести «Андрей Переяславский». С 1830 г., сначала под инициалами «А. М.», а затем под псевдонимом «А. Марлинский» стали писаться прозаические повести Бестужева «Испытание», «Лейтенант Белозор», «Фрегат «Надежда» и др.), принесшие ему огромный читательский успех. Однако, пережив свое второе рождение как писателя, Бестужев продолжал быть «государственным преступником», ссыльным солдатом. Исключительная храбрость, которую он проявлял в боях, не привела к улучшению его тягчайшего положения.
В 1837 г. Бестужев погиб при занятии русскими войсками мыса Адлер на Черноморском побережье Кавказа.
Тем временем:
... Стол покрывала ткань простая; Не восхищалися на нем Мы ни фарфорами Китая, Ни драгоценным хрусталем; И между тем сынам веселья В стекло простое бог похмелья Лил через край, друзья мои, Свое любимое Аи. Его звездящаяся влага Недаром взоры веселит: В ней укрывается отвага, Она свободою кипит, Как пылкий ум, не терпит плена, Рвет пробку резвою волной, И брызжет радостная пена, Подобье жизни молодой. Мы в ней заботы потопляли И средь восторженных затей "Певцы пируют! - восклицали, - Слепая чернь, благоговей!" Любви слепой, любви безумной Тоску в душе моей тая, Насилу, милые друзья, Делить восторг беседы шумной Тогда осмеливался я. "Что потакать мечте унылой, - Кричали вы. - Смелее пей! Развеселись, товарищ милой, Для нас живи, забудь о ней!" Вздохнув, рассеянно послушной, Я пил с улыбкой равнодушной; Светлела мрачная мечта, Толпой скрывалися печали, И задрожавшие уста "Бог с ней!" невнятно лепетали.
И где ж изменница-любовь? Ах, в ней и грусть - очарованье! Я испытать желал бы вновь Ее знакомое страданье! И где ж вы, резвые друзья, Вы, кем жила душа моя! Разлучены судьбою строгой, - И каждый с ропотом вздохнул, И брату руку протянул, И вдаль побрел своей дорогой; И каждый в горести немой, Быть может, праздною мечтой Теперь былое пролетает Или за трапезой чужой Свои пиры воспоминает. О, если б, теплою мольбой Обезоружив гнев судьбины, Перенестись от скал чужбины Мне можно было в край родной! (Мечтать позволено поэту.) У вод домашнего ручья Друзей, разбросанных по свету, Соединил бы снова я...
